Размер шрифта: А А А Шрифт: с засечками без засечек Цвет: A A A
Интервал между буквами (Кернинг): Стандартный Средний Большой
Версия для слабовидящих А+

Дом Батракова (г. Челябинск, ул. Кирова, 118)

Дом Батракова (ул. Кирова, 118). Источники фото: ssgen и dg048

На западной стороне площади Революции, за зданием Молодёжного театра стоит старинный двухэтажный дом. Адрес дома – ул. ул. Кирова, 118 - Сони Кривой, 2. До революции это здание стояло на углу Южной площади и улицы Черногорской. В настоящее время планировка города в этой части несколько изменилась.

В течение долгого времени считали, что дом на ул. Кирова, 118 принадлежал Капаруллину. Однако Капарулинский дом стоял по другую сторону улицы Черногорской (ныне ул. Сони Кривой).

1910 г. План квартала с обозначением дворовых мест, занятых усадьбой Карла Венцеля. В северном углу-Народный дом. По правому краю квартала стоял (и стоит сегодня) каменный дом. Часть его, находившаяся на дворовом месте Венцеля, показана на плане в виде красного прямоугольника в правом левом углу квартала. Источники изображения: ssgen и dg048

Квартал, в котором размещается дом на ул. Кирова, 118, до революции представлял в плане прямоугольный треугольник с «обрезанным» острым углом. План квартала показан на рисунке. На северном, остром его краю были участки, отведённые в начале 1890-х годов для строительства Народного дома, который был построен в 1903 году. Ныне  это здание Молодёжного театра (в прошлом – Драмтеатра). Южные два дворовых места в этом квартале, выходившие на улицу Черногорскую, занимал двор Карла Венцеля, челябинского пивовара. На плане они обозначены номерами 1247 и 1248. А между двором Венцеля и Народным домом, вдоль площади, располагался двор Андрея Максимовича Батракова.

В дореволюционных документах о налогах с недвижимых имуществ не удалось найти упоминаний о двухэтажном каменном доме ни на дворе Батракова, ни на дворе Венцеля. В 1901 году на усадьбе Андрея Максимовича Батракова указан полукаменный дом и холодные службы, оценённые в 2800 рублей. В 1905 году к полукаменному дому добавляется двухэтажный флигель в 8 комнат, каменная лавка с двумя отделениями, прочие надворные постройки. И оценка этого, изрядно разросшегося постройками двора – 2400 рублей. Причём о том, что флигель каменный не сказано, а если судить по оценке усадьбы, то речь идёт о каких-то недорогих постройках.

Описание двора Карла Венцеля: две комнаты в построенном каменном доме, каменная баня, деревянные конюшня и коровник. На плане квартала – в южной его части выделены те два участка, которые занимал Карл Венцель. А по восточному краю его двора показана каменная постройка (они выделялись на дореволюционных планах красным цветом). На плане, составленном в 1910 году, данное строение не выходит за границы участка № 1247, по факту – дом располагался и на дворе Венцеля, и на дворе Батракова. На фото, сделанном в 1950-х годах, хорошо виден длинный дом, начинающийся от улицы Сони Кривой (бывшей Черногорской) и примыкающий к нему с севера небольшой полукаменный дом. Правее стоит здание Драмтеатра – бывшего Народного дома.

Ул. Сони Кривой в изначальных границах (нач. 1950-х гг.). Дом Батракова  стоит на углу. Между ним и зданием Драмтеатра (Народного дома) стоит полукаменный двухэтажный дом – тот самый, что фигурирует в описаниях двора Батракова. Источник фото: chelchel_ru gayaz_samigulov 2015-09-25 

Предположительно дом был построен Андреем Максимовичем Батраковым сразу на двух усадебных участках, своём и Карла Венцеля. Карл Венцель за уступку земли под строительство имел в доме двухкомнатную квартиру. Вероятно, каменный двухэтажный дом был построен как доходный, то есть, если не все, то большая часть помещений предназначались для сдачи внаем. Есть описание 1922 года, по которому можно в общих чертах представить этот дом в начале XX века. Первый этаж включал небольшую квартиру и торговое помещение. Под торговым помещением подразумевалась основная часть первого этажа, где помимо торговых площадей были и подсобные. На втором этаже помещались три квартиры, каждая из них со своей кухней. Квартиры были разными – самая большая в четыре комнаты, одна из которых на пять окон. Была и однокомнатная квартира. Имелись ватерклозеты, но не в каждой квартире, а на первом этаже. Было проведено электричество. В кухнях стояли русские печи, а в жилых помещениях – голландские.
Каменный дом Батракова упоминается в документах о размещении солдат 163-го запасного полка в 1914 году, когда в связи с началом Первой мировой войны началась мобилизация и солдат формируемых частей необходимо было где-то размещать. Под эти цели был занят один этаж полукаменного дома Батракова и одна небольшая квартира в первом этаже каменного дома.

После революции и Гражданской войны дом был муниципализирован, его сдавали в аренду различным учреждениям. На первом этаже одно время размещалась лавка Главспирта. С 1926 года дом был арендован  акционерным обществом Хлебопродукт. В ту пору дом находился по адресу: площадь Революции, 4. В 1930-х годах здание числилось по улице Кирова, 118, где размещался Кировский районный совет народных депутатов предположительно до 1960-х годов.

Ул. Сони Кривой, где стоят дома №  2 (он же ул. Кирова, 118) и № 4. Источники фото: ssgen и dg048

В настоящее время уровень прилегающей к этому дому поверхности поднялся, и первый этаж здания представляет собой полуподвальное помещение. На фасаде здания наблюдается выразительный декор, характерный для начала XX века.

Ул. Кирова,118. Источники фото: ssgen и dg048

Площадь Революции является одним из примечательных архитектурных ансамблей города Челябинска, которая обрамлена зданиями, построенными на протяжении около 100 лет, и представляет собой единое, непротиворечивое пространство. Ключевыми элементами этого ансамбля является здание Народного дома (Молодёжного театра) и «поддерживающее» его здание на ул. Кирова, 118 (бывший дом Батракова), положивших начало формированию площади.

Вид на площадь Революции со смотровой площадки здания «Челябинск-сити».

Источники фото: ssgen и dg048

Более подробная информация о данном объекте представлена в материалах статьи В.Г. Демакова «Дом № 118 по улице Кирова в Челябинске. К истории здания и его владельцев».

Источники:

ОГАЧО. Ф. И-1. Оп. 1. Д. 6942. Л. 4-4 об.

Челябинск. Дом Батракова (Кирова, 118). URL: gayaz_samigulov (дата обращения: 09.03.2016 г.).

Демаков, В.Г. Дом № 118 по улице Кирова в Челябинске. К истории здания и его владельцев // Гороховские чтения: материалы шестой региональной музейной конференции / сост., науч. ред. Н.А. Антипин. — Челябинск, 2015. — 696 с. URL: http://www.chelmuseum.ru/upload/iblock/f83/f83c7b05c94214e2cfcfb89271f6398f.pdf (дата обращения: 14.03.2016).

ДОМ № 118 ПО УЛИЦЕ КИРОВА В ЧЕЛЯБИНСКЕ. К ИСТОРИИ ЗДАНИЯ И ЕГО ВЛАДЕЛЬЦЕВ

В самом начале XX в. земельный участок (дворовое место № 1247), на котором сегодня стоит здание № 118 по улице Кирова, принадлежал крестьянину Гжатского уезда Смоленской губернии О.А. Орлову, а стоял на нём небольшой, в две комнаты, деревянный дом. Ещё в первых числах февраля 1899 г. Осип Александрович получил разрешение на постройку в этом же квартале (участок № 1244) «каменного дома для гостиницы и надворных построек»[1]. Осуществиться этому, по-видимому, было не суждено, поскольку вскоре Орлов скончался, а его имущество на углу улицы Черногорской и Южной площади перешло в собственность наследников[2]. На предполагавшемся под постройку гостиницы месте в 1902 г. приступили к строительству Народного дома, занявшего также и соседний участок с южной стороны (№ 1245) [3]. С севера к участку Орлова примыкало дворовое место мещанина Андрея Максимовича Батракова (№ 1246), где к тому времени уже стоял добротный полукаменный двухэтажный дом в пять окон по фасаду, чуть севернее которого располагалась «каменная лавка в два выхода», а в глубине двора — различные хозяйственные постройки [4]. Интересная деталь: в описи имущества 1924 г. в нескольких комнатах верхнего этажа этого полукаменного здания упомянуты пятигранные печи с изразцовой облицовкой [5] . Со стороны двора, как видно из этого же документа, в доме имелась терраса с четырьмя опорными деревянными колоннами [6]. Биографических сведений о самом хозяине дома, А.М. Батракове, нам удалось выявить не так уж и много. В одном из документов начала прошлого столетия указан состав семьи Андрея Максимовича: он сам (39 лет), жена Елизавета Васильевна (36 лет), сын Борис (4 года к 1907 г.), дочери Наталья (11 лет), Мария (9 лет), Валентина (3 года) и Елизавета (1 год) [7]. Имя Андрея Максимовича упоминается также в отчётах за 1899 и 1900 гг. Общества попечения о начальном образовании в Челябинске, где он числится как «действительный член» [8] , впоследствии — как «член-соревнователь» [9]. В адрес-календарях Оренбургской губернии, изданных в 1901–1906 гг., Андрей Максимович записан как «уполномоченный Русского театрального общества в г. Челябинске» [10], а в «Уральских торгово-промышленных адрес-календарях» на 1906–1913 гг. упоминается в качестве агента страхового общества «Саламандра» [11]. В том же издании на 1914 г. в этой должности значится уже не Андрей Максимович, а его супруга Елизавета Васильевна [12]. В аналогичных изданиях на 1906 и 1909 гг. А. М. Батраков упомянут ещё в качестве агента банкирского дома «Вавельберг» [13], но начиная с 1913 г. в этой должности числится только его жена [14]. Интересно, но в более поздних архивных документах и недвижимое имущество неоднократно фигурирует как «дом Батраковой» [15]. В одной из современных публикаций нам удалось обнаружить ещё и упоминание о том, что А.М. Батраков пожелал в числе нескольких десятков человек вступить в учреждённое в 1903 г. при Христорождественском соборе Челябинска общество хоругвеносцев [16]. Очевидно, где-то в самом начале XX столетия наследники О.А. Орлова предоставляют большую часть своего дворового места Батракову под возведение каменного дома, после чего получают две комнаты в этом здании. Подтверждает эту версию запись в «Раскладочной ведомости» на 1905 г., где за наследниками Орлова вместо деревянного дома-флигеля уже записаны «две комнаты в не отстроенном каменном доме», но без оговорки, кем и когда [17]. Не появляется «дом-призрак» и в более поздних документах по сбору налогов с недвижимости [18].

На старых фотоснимках отчётливо видно, что северной стороной этот «построенный каменный дом» практически вплотную примыкал к полукаменному дому Батракова, но последний, к сожалению, в советское время был разрушен. Сегодня от него сохранилась лишь служащая в качестве ограды кирпичная фасадная часть цокольного этажа с грубо заштукатуренными оконными проемами. Упоминаемой в документах каменной лавке повезло больше: при реконструкции бывшего Народного дома в 1930-е гг. она оказалась встроенной в его юго-восточную часть, однако фасад отчётливо «прочитывается» до сих пор. Достаточно хорошо просматривается эта лавка на одном из дореволюционных негативов первых лет XX столетия из фондов Челябинского краеведческого музея [19], где в левой части снимка четко видны стоящие в одну линию лавка, полукаменное здание и двухэтажный кирпичный дом. Насколько можно судить по этой фотографии и более позднему описанию недвижимого имущества А.М. Батракова, лавка имела четыре окна с железными ставнями и две двухстворчатые железные двери [20], от которых сегодня остались только металлические штыри, служившие изначально в качестве петель. Интересный момент: в обоих домах — каменном и полукаменном — Батраковым были устроены ватерклозеты — уборные с приспособлениями для механической промывки унитаза водой, что для Челябинска того времени было явлением нечастым. Так, в описи имущества Батракова, составленной в начале 1920-х гг., имеется указание на наличие при домах двух дощатых уборных с фарфоровыми писсуарами [21]. Организовать их Батракову, скорее всего, позволило выгодное соседство с Народным домом, который был одним из первых зданий в городе, куда вода была проведена почти за десятилетие до постройки городского водопровода. Так, например, сохранились сведения, что 11 сентября 1902 г., когда Народный дом только достраивался, Челябинский уездный комитет попечительства о народной трезвости обратился в городскую управу с просьбой следующего содержания: «Управление Самаро-Златоустовской железной дороги разрешило Комитету примкнуть водопроводом Народного дома к ветви монастырского водопровода. Имея согласие от настоятельницы местного женского монастыря, Комитет имеет честь покорнейше просить городскую управу разрешить произвести раскопки канав для укладки водопроводных труб по площади от монастырской ветки по направлению на задний угол Народного дома, что у усадьбы Батракова» [22]. Очевидно тогда же «подсуетился» и сам Батраков, не упустив возможности обзавестись водоснабжением. В скором времени дворовое место на углу улицы Черногорской и Южной площади, в том числе и «две комнаты в построенном каменном доме», приобретает в собственность у наследников Орлова австрийский подданный Карл Иванович Венцель, в документах 1908 г. они уже учтены за ним [23]. Где Карл Венцель проживал до этого, к сожалению, установить не удалось, однако фамилия его упоминается уже в «Списке домовладельцам города Челябинска Оренбургской губернии, желающим принять участие во взаимном страховании принадлежащих им имуществ в Челябинском городском обществе взаимного страхования от огня с 21 сентября 1903 года по 18 марта 1904 года», как изъявившего желание застраховать своё недвижимое имущество на сумму 1000 рублей с суммой взноса 2,5 рубля [24]. Венцель, судя по документам, даже внёс в кассу Челябинского общества взаимного страхования залог, однако в скором времени от страхования своего имущества отказался [25]. В ОГАЧО сохранился ещё один интересный документ, в котором упоминается имя Карла Ивановича — «Список недвижимых имуществ г. Челябинска, принадлежащих евреям, иностранцам и др. народностям» за 1909 г. В документе сказано, что Карл Венцель — австрийский подданный и в городе ему принадлежит оценённый в 350 рублей каменный дом с надворными постройками и дворовое место [26]. Венцель, как удалось установить, владел в Челябинске пивоваренным заводом, пивным складом и лавками, а также заводом искусственных минеральных и фруктовых вод. Самое раннее упоминание о пивоваренном заводе Венцеля находим в «Списке владельцев промышленных заведений, находящихся в Оренбургской губернии», помещённом в 1901 г. в одном из справочных изданий [27]. По состоянию на 1906 г. за Венцелем в разных частях города числилось пять пивных лавок: на улице Сибирской (в доме Беляевского), Екатеринбургской (в доме Попова), Миасской (в доме товарищества «Братья Покровские»), Михайловской (в доме Петрова), а также на Клубной улице в Пригородной слободе (дом Фреймана) [28]. В справочнике В.А. Весновского «Весь Челябинск и его окрестности» сказано, что завод искусственных минеральных вод, пивоваренный завод и склад находились на улице Сибирской [29]. Благодаря архивным документам нам удалось это подтвердить, а также обнаружить указание на то, что пивной склад размещался в доме купца Антона Родионовича Беляевского по Сибирской улице [30], да и сам «каменный в пять отделений» пивоваренный завод принадлежал вовсе не Венцелю, а все тому же А.Р. Беляевскому [31]. Мещанин К.И. Венцель, как сообщают найденные архивные документы, а также издание «Список фабрик и заводов Российской империи», был лишь арендатором [32]. Из того же справочника видно, что число рабочих на заводе Венцеля составляло 13 человек, а продукции производилось ежегодно на 34 251 рубль. На сегодняшний день от усадьбы Беляевского сохранился только двухэтажный каменный дом, стоящий по адресу: улица Труда, 89.

31 мая 1910 г. состоялось заседание Челябинской городской думы, на котором рассматривалось прошение Карла Венцеля о выдаче ему «ввиду скорого окончания срока аренды пивоваренного завода по Сибирской улице» разрешения построить на собственном дворовом месте по улице Черногорской «новый завод со всеми техническими усовершенствованиями» [33]. Очевидно, дума этого разрешения Венцелю не дала, поскольку 5 июля он вновь подаёт прошение, но уже в городскую управу, в котором просит рассмотреть вопрос о возможности продажи ему для устройства нового завода свободного участка городской земли общей площадью 1517 квадратных сажен [34]. И здесь неудача: 31 августа 1910 г. на очередном заседании городской думы было предписано «просьбу К. И. Венцеля об отводе ему участка земли против 61-го квартала, в 3-й части Челябинска, на берегу реки Миасс, отклонить» [35]. По всей видимости, замысел Карла Ивановича построить в Челябинске собственный пивоваренный завод так и не увенчался успехом, поскольку во всех более поздних упоминаниях он по-прежнему продолжает числиться как «арендатор пивоваренного завода А.Р. Беляевского» [36]. Судя по рекламному объявлению, печатавшемуся на протяжении февраля — марта 1911 г. (в номерах с 13 по 24) в газете «Казак», выходившей в Миасском заводе Оренбургской губернии, челябинский завод Венцеля назывался «Новая Бавария». Этим же объявлением сообщалось об открытии в доме А.И. Балакина по Кундравинской улице Миасского завода склада с рекомендацией приобретения пива «собственного производства разных сортов». Интересно, но в справочных изданиях того периода нам так и не удалось выявить каких бы то ни было упоминаний о существовании в Миассе пивного склада Венцеля [37]. В «Уральском торгово-промышленном адрес-календаре» упоминается лишь о том, что пивные склады К.И. Венцеля были в Миасской станице и на станции Шумиха Сибирской железной дороги [38]. 26 февраля 1911 г. была совершена купчая крепость, по которой К.И. Венцелю от челябинского мещанина Федора Васильевича Павлова перешло в собственность дворовое место № 1248, примыкавшее к его участку на Южной площади со стороны улицы Черногорской [39]. Очередная купчая на это дворовое место, но уже с постройками (какими именно, в документе не указано), была совершена 16 января 1914 г., когда от Венцеля оно перешло в собственность челябинского купца Василия Виссарионовича Маренова [40]. В «Раскладочной ведомости» на 1916 г. на этом участке записан крытый железом деревянный дом с мезонином и хозяйственные постройки [41]. Очень хорошо это здание просматривается на сделанном в предреволюционную эпоху панорамном снимке с видом Челябинска [42]. В 1914 г. правительство Российской империи вслед за крепкими напитками и винами ограничило, а затем и вовсе запретило продажу пива. В начале Первой мировой войны не последнюю роль в этом сыграл и тот факт, что значительная часть российских пивоваров являлись немцами, а сам напиток был объявлен немецким. По-видимому, именно в этот период завод Венцеля прекращает свою деятельность, да и сам пивовар, очевидно, вообще покидает Челябинск, поскольку оставаться здесь было небезопасно [43]. Вот как описывал сложившуюся в этот период (июль 1914 г.) ситуацию Константин Николаевич Теплоухов, долгое время проработавший в акцизном управлении: «Акцизные чиновники временно были совсем выбиты из колеи,— все места выделки и продажи питий закрыты, тайной выделки бражки и самогонки, которая потом расцвела пышным цветом,— ещё не было. Закрылся и завод Обердорфера в Миассе, его, как немецкого подданного,— по примеру Германии — в числе других немцев, отправили в концентрационный лагерь» [44]. Из этих же воспоминаний выясняется, что с июля 1911 по апрель 1914 г. в сферу обязанностей Теплоухова входил регулярный обход и проведение ревизий на челябинском пивоваренном заводе К.И. Венцеля и дрожжево-винокуренном А.Ф. Аникина [45]. В ОГАЧО хранится любопытный документ под названием «Список помещений, отведенных Челябинской городской управой для расквартирования в них нижних чинов 163-го пехотного запасного полка», в котором имеются сведения, что в годы Первой мировой войны пять из восьми помещений верхнего этажа полукаменного дома Батракова планировалось отдать под размещение 53 нижних чинов этого полка, а две комнаты внизу занять под административно-хозяйственные службы [46]. Так, сохранились сведения, что нижние чины полка занимали это здание с 12 сентября по 1 октября 1916 г., за что Е.В. Батраковой было заплачено 22 рубля 16 копеек (из расчета 35 рублей в месяц) [47]. Что же находилось в стоявшем по соседству с ним каменном доме, помимо двух комнат, неоднократно переходивших к разным владельцам и упоминаемых в документах, к сожалению, установить так и не удалось. Вот и в 1916 г. все недвижимое имущество Венцеля, в числе которого значатся эти же две комнаты в каменном доме, каменная баня, деревянные конюшня и коровник, переходит в собственность Петра Афанасьевича Пахомова [48]. В некоторых публикациях можно встретить упоминания, что в нынешнем доме № 118 до революции размещалось уездное полицейское управление. В действительности это не так, оно находилось в соседнем, стоявшем через улицу Черногорскую, полукаменном двухэтажном доме, принадлежавшем Алексею Романовичу Капарулину [49]. Это подтверждают и справочник В.А. Весновского [50], и выкопировка части плана Челябинска за 1910 г., обнаруженная в одном из архивных дел [51]. В этом же доме, если верить «Уральскому торгово-промышленному адрес-календарю», какое-то время размещалось Челябинское общество сельского хозяйства, при этом адрес его обозначался как «площадь Южного бульвара» [52]. Здание это до наших дней не сохранилось, на его месте теперь стоит Челябинвестбанк (пл. Революции, 8), но получить представление, где оно располагалось и как выглядело, можно из немногочисленных старых фотографий этого района [53]. Последующие сведения об интересующем нас здании относятся к началу 1920-х и дальнейшим годам советской власти. Так, в фонде Челябинского губернского коммунального отдела ОГАЧО есть сведения о том, что в июле 1922 г. полукаменный дом, принадлежавший до революции Батракову, был сдан в аренду первому отделению Челябинского губернского управления милиции [54]. В конце мая 1924 г. в окркоммунотдел с просьбой передать это здание под общежитие обратился председатель Челябинской анализационной трудовой торгово-промышленной артели инвалидов «Красный боец» [55]. Судя по документам, в сентябре того же года нижний этаж этого здания был сдан в аренду городскому театру драмы для размещения декорационной мастерской [56]. К тому времени бывшие постройки Батракова находились без надлежащего ухода, поэтому в описях упоминается о том, например, что «в каменной кладовой по всей площади пола вместо настила находится навоз глубиной до семи вершков. Погреб под разваливающимся навесом тоже засыпан навозом», а «вместо ворот имеется лишь одна половина полотна на полусгнившем воротном столбе, другое полотно брошено у свалившегося забора» [57]. Наиболее интересен акт передачи муниципализированного домовладения от 12 сентября 1923 г., причём из приложенной к нему описи выясняется, что по одному адресу (пл. Революции, 4) было учтено два здания — двухэтажное кирпичное и полукаменное [58]. Опись содержит подробнейшее описание двухэтажного кирпичного здания, крытого четырехскатной железной крышей, второй же дом вообще значится в этом документе в числе надворных построек и лишь вскользь упоминается, что он арендован губмилицией [59]. Очевидно, что речь здесь, как об основном здании, идёт именно о доме, стоящем сегодня под № 118 по улице Кирова. Из этого же документа видно, что здание было поделено на три квартиры (одна на нижнем этаже и две на верхнем) и имело несколько кухонь. Из второй квартиры на улицу выводила остекленная двухстворчатая дверь, сегодня это парадный вход в здание, выходящий в сторону площади Революции. Вверху третьей квартиры, как следует из описи, размещался дощатый чердак, крытый двухскатной железной крышей, имевший два маленьких окна и одно большое, названное в документе «оранжерейным окном» [60]. Здесь же фигурируют и «две дощатые уборные», о которых мы уже упоминали. Завершает архивное дело весьма любопытный документ 1927 г., из которого видно, что по договору от 12 апреля 1926 г. Челябинским окружным отделением акционерного общества «Хлебопродукт» был арендован двухэтажный каменный дом, в двух комнатах которого проживала некая гражданка Протасова [61]. Акционерное общество требовало немедленно выселить её из арендуемого здания, поскольку в занимаемых Протасовой помещениях остро нуждался сотрудник их организации. В фонде Челябинского губернского финансового отдела хранится личное дело сына А.М. Батракова – Бориса Андреевича. Из документов следует, что Б.А. Батраков родился в мещанской семье 1 июля 1903 г., учился в низшем начальном трехклассном училище и «прошёл три класса» городского четырехклассного [62]. Позже трудился чернорабочим на свечном заводе, а в начале 1920-х гг. был принят в редакцию ежедневной газеты «Советская правда», однако вскоре его уволили оттуда при сокращении штатов [63]. 18 января 1923 г. по рекомендации биржи труда Бориса Андреевича приняли на должность рассыльного (курьера) при уездном финансовом отделе, размещавшемся на улице Свободы [64]. Из анкет, приложенных к личному делу, выясняется, что семья Батраковых не покинула город во время смутных лет революции и Гражданской войны, а осталась проживать в Челябинске. Там же указан состав семьи и адрес места жительства: улица Васенко, 60. Борис Андреевич к тому времени проживал вместе с матерью Елизаветой Васильевной (55 лет) и тремя сестрами: Марией (27 лет), Валентиной (19) и Елизаветой (17) [65]. В этом же документе указано, что мать занимается домашним хозяйством, сестры Мария и Елизавета — безработные, а Валентина — служащая губернского уголовного розыска [66]. Начиная с 1930-х гг. дом № 118 занимал Кировский районный совет народных депутатов, райсобес Кировского района, райком ВКП(б), райком ВЛКСМ, Кировский райсовет Осоавиахима, райисполком, инспекция Госстраха Кировского района, областное объединение «Сельхозтехника» и пр. [67].  С начала 1990-х гг. в доме размещались различные бюро и акционерные общества [68]. В фондах Челябинского краеведческого музея, в коллекции фотографий «Старые улицы и здания г. Челябинска, 1967–1983 годы» [69], созданной В.Д. Гайдашем, нам удалось обнаружить фотоснимок этого дома, датированный 24 октября 1969 г. [70].

Судя по фотографии, здание было выкрашено в светлый (вероятнее всего, белый) цвет и имело деревянный подкарнизный подзор (ныне утрачен, фрагмент его сохранился лишь на деревянной чердачной надстройке в западной части дома). Вообще при ближайшем рассмотрении выясняется, что дом имеет деревянный фриз, украшенный чередующимися накладными элементами в виде «бриллиантового руста» и изящных резных кронштейнов, поддерживающих значительный вынос карниза. Скорее всего, изначально здание не имело красочного покрытия поверхности стен, поскольку в арочные перемычки над проемами окон и дверей сделаны вставки из необработанного гранита. Подобное оформление фасада можно наблюдать, например, на доме провизора Я.С. Плонского (ныне ул. Кирова, 141). При подготовке в 1992 г. историко-архитектурного опорного плана города этот дом в числе прочих был рекомендован к включению в перечень памятников архитектуры. Решением малого Совета Челябинского городского Совета народных депутатов от 21 сентября 1993 г. (№ 384) зданию присвоен статус памятника архитектуры местного значения с предписанием Центру историко-культурного наследия города Челябинска до 1 января 1994 г. выдать его владельцам охранную грамоту. До недавнего времени здание числилось в списке объектов культурного наследия, но в 2006 г. было из него выведено, поскольку в документы его ошибочно внесли как доходный дом Капарулина (который к тому времени уже давно был снесён). В настоящее время в здании находятся офисы более десятка различных фирм.

Автор выражает искреннюю благодарность сотрудникам ОГАЧО, кандидату исторических наук Г.Х. Самигулову, сотруднику отдела фотонаследия Челябинского краеведческого музея С.Н. Ростовцеву и краеведу Ю.В. Латышеву за содействие при подготовке публикации. В оформлении использованы документальные и фотографические материалы из фондов Челябинского краеведческого музея.

Примечания:

1 ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 578. Л. 2.

2. Там же. Д. 698. Л. 273 об.

3. Там же. Д. 703. Л. 1 об.

4. Там же. Д. 843. Л. 216 об.

5. Там же. Ф. Р-179. Оп. 2. Д. 275. Л. 26, 27.

6. Там же. Л. 29.

7. Там же. Ф. И-3. Оп. 3. Д. 15. Л. 105 об. — 106.

8. Общество попечения о начальном образовании в г. Челябинске: отчет за 1899 год. Челябинск, 1900. С. 1 ; Отчет правления Общества попечения о начальном образовании в Челябинске за 1900 год. Челябинск, 1901. С. 6.

9. Общество попечения о начальном образовании в г. Челябинске: отчет за 1901 год. Челябинск, 1902. С. 25 ; Отчет правления Общества попечения о начальном образовании в Челябинске за 1902 год. Челябинск, 1903. С. 3.

10. См., например: Адрес-календарь и памятная книжка Оренбургской губернии на 1902 год. Оренбург, 1901. С. 77 ; Адрес-календарь и справочная книжка Оренбургской губернии на 1906 год. Оренбург, 1906. С. 100.

 11. См., например: Уральский торгово- промышленный адрес-календарь на 1906 год. Пермь, 1906. С. 259 ; Уральский торгово-промышленный адрес-календарь на 1913 год. Пермь, 1913. С. 290.

12. Уральский торгово-промышленный адрес-календарь на 1914 год. Пермь, 1914. С. 338.

13. Уральский торгово-промышленный адрес- календарь на 1906 год. Пермь, 1906. С. 259 ; Уральский торгово-промышленный адрес-календарь на 1909 год. Пермь, 1909. С. 271.

14. Уральский торгово-промышленный адрес-календарь на 1913 год. Пермь, 1913. С. 293.

15. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1222. Л. 135 об., 191 об., 198, 201.

16. См. подробнее: Есикова Е. М. Православные общества Челябинска (конец XIX — начало ХХ века) // Гороховские чтения : материалы второй регион. музейн. конф. / сост., науч. ред. Н. А. Антипин. Челябинск, 2011. С. 44.

17. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 843. Л. 216 об.

18. Там же. Д. 929. Л. 235 об. — 236 ; Д. 1096. Л. 246 об. — 247 ; Д. 1265. Л. 213 об. — 214.

19. ЧГКМ. ФН-136.

20. ОГАЧО. Ф. Р-179. Оп. 2. Д. 275. Л. 50.

21. Там же. Л. 29, 51.

22. Там же. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 713. Л. 22.

23. Там же. Д. 929. Л. 235 об. — 236.

24. Там же. Д. 751. Л. 3 об.

25. Там же. Д. 810. Л. 2.

26. Там же. Д. 978. Л. 35 об.

27. Адрес-календарь и памятная книжка Оренбургской губернии на 1902 год. Оренбург, 1902. С. 83.

28. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 862. Л. 33.

29. Весновский В.А. Весь Челябинск и его окрестности. Челябинск, 1909. С. 100, 105, 106.

30. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 862. Л. 33, 34.

31. Там же. Д. 1096. Л. 215 об. — 216.

32. Список фабрик и заводов Российской империи: в 2 ч. Ч. 2. СПб., 1912. С. 206.

33. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1048. Л. 2.

34. Там же. Л. 3.

35. Там же. Л. 4.

36. См., например: Там же. Л. 5, 6 ; Фабрики и заводы всей России. Киев, 1913. Ст. 922, № 17740; Фабрично-заводские предприятия Российской империи (исключая Финляндию). Пг., 1914. Отд. Д, № 6999.

37. См., например: Город Троицк и его уезд : справ. и адрес-календарь на 1912–1913 гг. Троицк, 1912. С. 107; Уральский торгово-промышленный адрес-календарь на 1913 год. Оренбург, 1913. С. 282.

38. Там же. С. 299.

39. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1068. Л. 40.

40. Там же. Д. 1174. Л. 14. В.Г. Демаков. Дом № 118 по улице Кирова в Челябинске… 548 Вопросы истории Южного Урала

41. Там же. Д. 1265. Л. 302 об. — 303.

42. Мгновения истории: старый Челябинск в открытках и фотографиях первой половины ХХ века. Челябинск, 2013. С. 8–9.

43. Бахарева О. Я. Исторические памятники немцев-пивоваров в городах Оренбургской губернии // Этнические немцы России: исторический феномен «народа в пути»: материалы XII междунар. науч. конф. М., 2009. С. 243.

44. Константинъ Теплоуховъ: удивительное жизнеописание акцизного чиновника и человека в его мемуарах, рассказах и фотографиях. 1897–1924 гг. Челябинск, 2015. С. 385. 

45. Там же. С. 333, 382.

46. См. подробнее: ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1222. Л. 135 об.; Ф. Р-181. Оп. 1. Д. 2. Л. 7; Кусков С. А. История 163-го пехотного запасного полка (по документам Объединенного государственного архива Челябинской области) // Гороховские чтения : материалы пятой регион. музейн. конф. / сост., науч. ред. Н. А. Антипин. Челябинск, 2014. С. 117.

47. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1222. Л. 198.

48. Там же. Д. 1265. Л. 213 об.— 214.

49. Там же. Д. 929. Л. 235 об.— 236.

50. Весновский В.А. Указ. соч. С. 65.

51. ОГАЧО. Ф. И-3. Оп. 1. Д. 1048. Л. 1.

52. Уральский торгово-промышленный адрес- календарь на 1913 год. С. 290.

53. См., например: Песков А. П. Вспоминая пережитое. Культура города через призму времени // Исторические чтения: материалы науч. конф. Центра ист.-культур. наследия г. Челябинска «Культура Челябинска: Поиски и находки». Челябинск, 2000. С. 238–239; Челябинская область в фотографиях. 1900–1920. Челябинск, 2000. С. 295 ; Мгновения истории… С. 102.

54. ОГАЧО. Ф. Р-179. Оп. 2. Д. 275. Л. 17.

55. Там же. Л. 57.

56. Там же. Л. 44.

57. Там же. Л. 22, 29.

58. Там же. Л. 50—51.

59. Там же. Л. 51.

60. Там же.

61. Там же. Л. 69.

62. Там же. Ф. Р-183. Оп. 2. Д. 58. Л. 2.

63. Там же. Л. 2 об.

64. Там же. Л. 9.

65. Там же. Л. 2.

66. Там же.

67. См., например: Справочник милиционера. Челябинск, 1939. С. 18, 20, 21, 22, 33 ; Справочник по городу Челябинску. Челябинск, 1951. С. 11, 24; Справочник Челябинской городской телефонной сети. Челябинск, 1976. С. 153.

68. См., например: Список абонентов Челябинской городской телефонной сети: телефоны организаций, учреждений и предприятий. Челябинск, 1992. С. 98, 274.

69. Об этой коллекции и ее создателе см. подробнее: Мухамедова Н.Р. Заслуга перед Отечеством (Челябинск 1960–70-х годов в фотографиях Виктора Денисовича Гайдаша) // Гороховские чтения: материалы четвертой регион. музейн. конф. / сост., науч. ред. Н. А. Антипин. Челябинск, 2013. С. 393–404.

70. ЧГКМ. НВ-5926/932.